Главная
Во всяком случае, догматик 4 гл., по своей
форме, есть нечто совсем иное, чем другие из рассмотренных доселе. Здесь
впервые приходится иметь дело уже не с трехчастной формой, в ее разновидностях,
а с двухчастной. Такая форма была найдена ранее в «Господи воззвах» Знам. росп.
(см. гл. III),
но там ее составные элементы были не столь сложны и разнообразны, как здесь.
Так. обр., пред нами на сей раз – новое
достижение русских певцов в области художественных форм.
Важно отметить характер попевок, встречаемых в догматике
разбираемого гласа.
Не говоря о прямом заимствовании (см. попевку 2-ю и 9-ю),
значительная часть мелодических строк догматика построена из отрывков разных попевок, напр.: 6-я
строка из конца 2-й попевки и одного мотива 1-й фиты; 12-я стр. — из начала 9-й
и конца 2-й попевок; 20-я – из 10-й 2; 21-я – из 2-й с добавлением 12-й и т. п.
В общем не смотря на обилие попевок (12 на 22 строки), перевес остается на
стороне 2-й попевки, которая то целиком, то по частям входит в состав целых
9-ти строк, сообщая мелодии догматика некоторую монотонность. Из других попевок
лишь 4, 7, 9 и 10-я применены по два раза каждая; остальные – лишь по разу.
Нельзя не обратить внимания и на известную связь,
которая существует между настоящим
догматиком и мелодией 4 гл. обычного напева на
«Господи воззвах». Последняя — одна из самых больших по числу строк (6-ть), так
же, как и догматик. Но в чередовании строк, при пении стихир, принимают участие
всего лишь три строки (3, 4 и 5-я), и в этом трудно не заметить отражения
такого же свойства (повторяемость лишь некоторой части попевок), наблюдаемого в догматике. Точно также факт заимствования
из мелодии 3 гл. в догматике дает себя почувствовать в том, что заключительная
строка в обычном напеве на «Господи воззвах» берется из мелодии 1-го гласа.
Эти черты лишний раз указывают на родство
позднейших напевов с их первоисточником – знаменным распевом. Установление же
такого родства важно не ради каких-либо отвлеченных соображений, а как открытие
путей и средств к объяснению многих сторон в нашем церковном пении. В данном
случае мы имеем объяснение такого явления, как многосоставность и сложность
обычной мелодии 4 гл. (Киевск. росп.), не мешающее однако ограниченности
повторяемых строк (3-х из 6-ти), а также заимствованный характер
заключительной строки. Ясно, что эти черты – в природе гласа, как об этом можно
судить по данным анализа.
5. Глас пятый.
Подобно догматику 2-го гласа, Богородичен
5-го гласа построен на сопоставлении образов ветхозаветных с событиями Нового
завета. Отсюда полное сходство формы текста обоих догматиков. Отдельных частей
– три.
/