Главная

Предыдущая Следующая

5-я стр. (= 2-й попевке)    Тако Дева родила еси

6-я   »                                  И дева пребыла еси

 

 

Второе «сопоставление» выражено в мелодии аналогичной формой, т. е. 4-х строчной же:

 

  7-я стр.                               Вместо столпа

  8-я   »                                               огненнаго

  9-я стр. (= 1-й попевке)    Праведное

10-я   »                                                возсия солнце

 

Третье, последнее сопоставление ограничивается 2-мя стро­ками:

 

 

11-я стр.                               Вместо Моисея

12-я стр.                               Христос — спасете душ наших.

 

 

Сравнивая между собою схемы форм 1-го и 2-го догматиков:

 

 

 

Без труда усматриваем, что обе они трехчастные. Эта трехчастность в I-м гласе находится в полном соответствии с формой текста, а во 2-м гл. кажется неясной, в противоречии с ней (текст — двухчастный).

На самом же деле такого противоречия нет, а имеется наоборот прекраснейший образец того, как формой песнопения может быть выражаем внутренний смысл текста. Дей­ствительно.

Заключительная (3-я) часть в догматике 2-го гл. служит как бы ответом начальной фразе, во имя симметричности самой формы, но тем самым здесь привносится удивительное по глубине мысли, сближение «сени законной» — с Моисеем, и «благодати пришедшей» — со Христом. Таким образом, стремление к стройности формы повлекло за собой очень важное последствие и для текста, уясняя и углубляя его смысл.

Самая же трехчастность формы обоих догматиков однако не носит следов подобия или тавтологичности, что могло бы склонять мысль к подозрению в шаблоне и рутине. Художе­ственный такт и искусство русских мастеров пения — свободны и на сей раз от таких недостатков. Трехчастное построение догматика 1-го гл. достигнуто одними средствами, во 2-м же  гл. — совершенно иными: там применено свойство попевок отмечать то начало, то заключение частей и отделов, здесь всякое участие попевок в этом отношении исключено, и разграничение частей достигается простым расположением каденций мелодических строк.

Что касается изящества обеих форм, то оно несомненно есть и тут и там не только для глаза в чертеже схем, но и для слуха, который не испытывает ни малейшего чувства деланности или неестественности в развитии общей мелодии, в чередовании ее отделов, повторении попевок, появлении новых и т. п. Мысли текста выставляются ясно и связно, чего не могло бы быть при неудачности или уродливости формы изложения.    

Предыдущая Следующая