Главная

Предыдущая Следующая
белых
длинных перчатках и с крупной гарденией в волосах.
Манера боперов и их последователей была прямо противоположной. Исполнитель
бопа одевался, как английский биржевой маклер, говорил, как преподаватель
колледжа
(если не изъяснялся на профессиональном жаргоне). Он боялся показаться
окружающим
слишком эмоциональным. Ему не шли улыбка и широкие жесты Армстронга - он просто
холодно кланялся аудитории и уходил со сцены. Правда, этот образ порой
разрушался:
Гиллеспи по натуре был человек веселый, любил экстравагантные выходки и нередко
потешал публику остроумными репликами; Монк имел обыкновение носить немыслимые
шляпы, а Паркер вообще не слишком обращал внимание на то, как он одет. Но общая
сдержанная манера вести себя тем не менее существовала. Она имела двоякий смысл.
С
одной стороны, она была осознанной попыткой избежать амплуа забавного черного
шута,
которого рассчитывали увидеть белые. С другой стороны, эта манера была
своеобразным
проявлением бойкота тому, что скрывалось внутри ограниченного и замкнутого от
негритянских взоров мира под названием "только для белых".
Частью этого мировоззрения была концепция "хип", которую лучше всего
определить как молчаливое понимание. "Хипстер" (термин "хиппи" появился гораздо
позже и имеет другое значение) проницателен, ему ведома сущность вещей, он знает
рычаги, при помощи которых управляют миром. Он молчалив, невозмутим, проявляет
свои чувства, лишь слегка пожимая плечами, а если и говорит, то предельно
лаконично,
зачастую обходясь одними междометиями. А. Б. Спеллмен в прекрасном исследовании
"Черная музыка", имевшем сначала более правильное, но менее коммерческое
название
"Четыре биографии периода бибоп" [84], пишет: "Они создали свой язык, свою
манеру
одеваться, свою музыку и духовные ценности, и это позволяло им игнорировать весь
остальной мир. Эпоха бибопа была временем самовыражения негритянского "я" в
Америке..." Несомненно, среди всего прочего черные музыканты понимали, что в
бопе
они создают свою собственную музыку, которую только они могут сыграть. Но они,
конечно, ошибались.
Это отношение к окружающей жизни, эта манера себя вести родились под
влиянием перемен в мироощущении музыкантов-негров 20-30-х годов. Им больше не
приходилось играть только для белых. А если и приходилось, то что ж из того! Они
отбросили в музыке все, что прежде их сдерживало. Кто может удивляться после
этого
столь радикальным переменам в джазе? Раньше темпы были средними - теперь они
стали или очень быстрыми, или очень медленными. Раньше отдавалось предпочтение
I,
III, V, VII ступеням лада - теперь стали предпочитать ступени II и IV. Раньше

Предыдущая Следующая