Главная

Главная

Предыдущая Следующая
   Милнер тут же вышел. Нунан: «Доброе утро, мистер Клайн».

   Прическа а-ля Джек Кеннеди – до сих пор источает запах лака для волос. «Я сказал: „Доброе утро"».

   УМОЛЯЮЩИЙ ДЖОННИ.

   – Клайн, вы меня слушаете?

   – Я вас слышал.

   – Отлично. Пара вопросов перед тем, как вас отпустить.

   – Задавайте.

   – И задам. С превеликим удовольствием. Я прекрасно помню, как вы отбрили агента Милнера, так что противник мне подобрался достойный.

   – Как вы такой причесон сделали?

   – Я здесь не для того, чтобы обсуждать с вами секреты парикмахерского искусства. А теперь…

   – Ублюдок, ты плюнул мне в лицо.

   – Да. А вы вовсе не допустили преступную небрежность, которая привела к гибели Сандерлина Джонсона. Насколько я понимаю, вы попросту…

   – Еще десять минут, и я звоню Джерри Гейслеру – дабы оспорить законность ареста.

   – Он не найдет такого судьи.

   – Еще десять минут, и я звоню в контору Канарека, Брауна и Мэттингли и пишу заявление о нарушении покоя индивида, которое повлечет за собой немедленное судебное разбирательство.

   – Мистер Клайн, вы…

   – Зовите меня «лейтенант».

   – Лейтенант, насколько хорошо вы знакомы с историей Полицейского управления Лос-Анджелеса?

   – К делу.

   – Очень хорошо. С кого началось то, что я называю эвфемизмом: «договор между полицией и семейством Кафесьян»?

   – Какой еще договор?

   – Бросьте, лейтенант. Вы ведь знаете, что презираете их не меньше моего.

   Покамест дадим ему передышку: «Если не ошибаюсь, все это начал шеф Дэвис – ну, который был до Хоррелла. А что?»

   – Значит, это соглашение заключили между 1936 и 1937 годом?

   – Где-то так, я полагаю. Я пришел работать в Управление в 1938-м.

   – Да, мы знаем, и, надеюсь, тот факт, что вы уже заслужили пенсию, не создал у вас ложного ощущения собственной неприкосновенности, лейтенант. Связующим звеном между Отделом по борьбе с наркотиками и мистером Джеем-Си Кафесьяном является капитан Дэниэл Уилхайт, я правильно понял?

   – Отказываюсь отвечать.

   – Понимаю, своих не закладывают. Уилхайт с самого начала за ними присматривал, так ведь?

   – Насколько мне известно, все началось с шефа Дэвиса и продолжалось до конца тридцать девятого года, пока его не сменил шеф Хоррелл. Дэн Уилхайт работает в Управлении с середины тридцать девятого, так что с самого начала он за ними присматривать не мог – если он вообще когда-либо за ними присматривал, черт дери.

Предыдущая Следующая

Главная \| Контакты
	Главная Предыдущая Следующая Милнер тут же вышел. Нунан: «Доброе утро, мистер Клайн». Прическа а-ля Джек Кеннеди – до сих пор источает запах лака для волос. «Я сказал: „Доброе утро"». УМОЛЯЮЩИЙ ДЖОННИ. – Клайн, вы меня слушаете? – Я вас слышал. – Отлично. Пара вопросов перед тем, как вас отпустить. – Задавайте. – И задам. С превеликим удовольствием. Я прекрасно помню, как вы отбрили агента Милнера, так что противник мне подобрался достойный. – Как вы такой причесон сделали? – Я здесь не для того, чтобы обсуждать с вами секреты парикмахерского искусства. А теперь… – Ублюдок, ты плюнул мне в лицо. – Да. А вы вовсе не допустили преступную небрежность, которая привела к гибели Сандерлина Джонсона. Насколько я понимаю, вы попросту… – Еще десять минут, и я звоню Джерри Гейслеру – дабы оспорить законность ареста. – Он не найдет такого судьи. – Еще десять минут, и я звоню в контору Канарека, Брауна и Мэттингли и пишу заявление о нарушении покоя индивида, которое повлечет за собой немедленное судебное разбирательство. – Мистер Клайн, вы… – Зовите меня «лейтенант». – Лейтенант, насколько хорошо вы знакомы с историей Полицейского управления Лос-Анджелеса? – К делу. – Очень хорошо. С кого началось то, что я называю эвфемизмом: «договор между полицией и семейством Кафесьян»? – Какой еще договор? – Бросьте, лейтенант. Вы ведь знаете, что презираете их не меньше моего. Покамест дадим ему передышку: «Если не ошибаюсь, все это начал шеф Дэвис – ну, который был до Хоррелла. А что?» – Значит, это соглашение заключили между 1936 и 1937 годом? – Где-то так, я полагаю. Я пришел работать в Управление в 1938-м. – Да, мы знаем, и, надеюсь, тот факт, что вы уже заслужили пенсию, не создал у вас ложного ощущения собственной неприкосновенности, лейтенант. Связующим звеном между Отделом по борьбе с наркотиками и мистером Джеем-Си Кафесьяном является капитан Дэниэл Уилхайт, я правильно понял? – Отказываюсь отвечать. – Понимаю, своих не закладывают. Уилхайт с самого начала за ними присматривал, так ведь? – Насколько мне известно, все началось с шефа Дэвиса и продолжалось до конца тридцать девятого года, пока его не сменил шеф Хоррелл. Дэн Уилхайт работает в Управлении с середины тридцать девятого, так что с самого начала он за ними присматривать не мог – если он вообще когда-либо за ними присматривал, черт дери. Предыдущая Следующая	/
© 2012 Все права защищены